Лично/общественный дневник Эльдара Муртазина

То, что мы видим, зависит от того, куда мы смотрим.

Записи с тэгом society

Вавилон пал не из-за языковой проблемы, теперь я знаю это точно. Кто-то мудрый стал строить башню, огромный инфраструктурный проект растянувшийся на поколения, сплотивший нацию и создавший общую идею. А все рухнуло по идеологическим соображениям, из-за банального непонимания окружающих. Язык остался тот же, а вот трактовка слов изменилась. И брат брата перестал понимать, вроде говорили на одном языке, а смыслы вкладывали разные. В повседневности это неопасно и даже мило, кто-то имеет точку зрения отличную от вашей, посмотрите как он интересно заблуждается. Показывают пальцем, посмеиваются, но никакого вреда словесные конструкции не несут. Другое дело башня, тут не только идеология важна, но и расчеты, одними смыслами не обойтись. И молитва не укрепит неправильно рассчитанную нагрузку балок, а рано или поздно снесет их. Теряются смыслы и цели, остаются только механические действия.

Drawn_wallpapers_New_Babylon_019573_

читать далее …

История вокруг конструкции, которую возвели на Красной площади приняла непропорциональные масштабы, ее обсуждают в новостях, десятки съемочных групп колесят в центре Москвы и снимают этот объект, чтобы потом вбросить в медиа свою толику горючих материалов. Страна, буквально, разделилась на два лагеря — тех, кто не видит в чемодане «в самом сердце России» ничего плохого и тех, кто считает, что это поругание святынь, которые есть у каждого россиянина. Про чемодан написали уже столько, что мои размышления будут не первыми, не сотыми и даже не тысячными. Но в отличие от большинства, занимающего ту или иную позицию, без какого-либо ее объяснения, я постараюсь все-таки свои мысли подкрепить фактами. Но для начала давайте посмотрим, что так возмутило людей.

Не слишком органичная конструкция для площади, кому-то она может показаться безвкусной, кто-то может посчитать ее напротив красивой — о вкусах как известно не спорят. Обычный павильон, в котором планировалось показывать сумки этой марки, этакое выездное представительство. В Сингапуре, например, магазин LV построен в Marina Sand Bay как отдельный остров, все здание имеет профиль букв LV, выглядит красиво и футуристично, как и все вокруг. Возможно, что пример не очень хороший — все-таки в бухте Сингапура не проходят парады посвященные победе во второй мировой войне.

Меня в истерике вокруг чемодана на Красной Площади поразила только одна черта — то, что этот массовый психоз начался в СМИ одновременно и политики почуяв, что тут можно поживиться, подхватили эту историю. Которая надо признать, не с лучшей стороны описывает Россию, а также заставляет усомниться в умственных способностях людей, ее населяющих — зато в полной мере проливает свет на загадочную русскую душу, которую как известно аршином общим не измерить.

Давайте попробуем разобраться в фактах и попробуем дать им оценку. В меру наших сил и способностей. Итак, начнем с тех доводов, которые всплывают на поверхность и вызывают праведный гнев.

Красная Площадь это святое место и устраивать на нем рекламную конструкцию, нельзя

Смешно, но и правда на Красной Площади запрещается размещение рекламы, впрочем конструкции подобные зданию LV, тут появляются не первый раз и никогда не вызывали праведного гнева. Мне не очень ясно, почему общество не бьется в истерике, когда на площади возникает Гум-Каток с рекламой Bosco (она там видна невооруженным взглядом практически везде!).

В июле на площади была построена конструкция Dior (Mirror Mirror), я был на показе с приятельницей, все было на хорошем уровне — в Dior решили обыграть тот показ мод, что был еще во времена СССР, с тех пор прошло около пяти десятков лет. Для меня остается тайной, почему Dior не вызвал такого праведного гнева у жителей страны — любимая марка? павильон больше и по центру? в чем разница?

На мой вкус, нам нужно быть последовательными. А уж политикам последовательность нужна как воздух, правда в России, они следуют ровно обратному правилу и на утро уже отказываются от своих слов, сказанных вечером. Под последовательностью, я понимаю отнюдь не выборочное отношение к маркам, а одинаковое. Марка Dior того же уровня, что и LV — различий между ними нет. Почему в одном случае всем все понравилось и никакого возмущения не было, а во втором люди испражняются в сети словесами и трясутся в патриотическом экстазе?

Позвольте затронуть еще один болезненный вопрос — мавзолей Ленина. Мне намедни тут сказали, что это символ эпохи и поэтому его надо сохранять. Возможно, что и так. Но во время строительства мавзолея количество тех, кого это возмущало и предельно искренне, было огромным. Тем не менее, его возвели, не считаясь с мнением большинства — даже среди большевиков эту идею поддерживали единицы. С годами мавзолей стал частью пейзажа, выросли поколения советских людей, для которых мавзолей был частью истории и воспринимался нормально — это была норма. Я как один из советских детей, не вижу в мавзолее ничего ужасного — он для меня часть той истории. Равно как и в памятнике Дзержинскому на Лубянке, я не вижу ничего плохого — тем не менее, его снесли. А вот Ленина вынести с центральной площади страны, духа не хватило. Вы не находите, что тут опять проявляется наша двойственность? С одним можно, а вот другого не тронь!

Это российская черта, которая правит в обществе равных возможностей — одни люди (компании) у нас немного ровнее, чем другие. Им можно чуточку больше, а значит это отношение переносится и на все аспекты жизни, в том числе культурные. Мировой опыт, который есть у всех столиц мира, говорит о том, что свободных площадей и пространств, не так много. И каждый город старается их использовать максимально. Поверьте, что в Мадриде, Париже, Лондоне с этими местами связано не меньше славных и грязных страниц истории, чем у нас с Красной Площадью. Но эти бездуховные европейцы считают возможным использовать пространства для живущих — устраивать выставки, распродажи, концерты. Впрочем, постойте на минутку — на Красной Площади помимо парадов, проходят концерты, смотры, выставки — то есть мы ничем не отличаемся от других столиц. И мы многие годы даем топтать свою святыню за деньги.

Раз уж мы заговорили о такой тонкой материи, как деньги, то давайте поговорим о катке Bosco. Можно говорить о том, что он портит впечатление от площади, но это нормально для других мировых столиц. Ненормально только то, что стоимость часа на катке составляет 700 рублей. Типично московские цены, все-таки центр столицы. Уверен, что святость места ставится под сомнение тем, что в нем развиты товарно-денежные отношения. Я отнюдь не против такого подхода — мне претит ханжество, которое расцветает в удобные моменты и исключительно избирательно. Домик LV, где не продают ничего, это плохо, а каток получается хорошо. Опять двойные стандарты на марше.

Накал чувств у тех, кто оскорбился чемоданом на Красной Площади мне напомнил аналогичную ситуацию в начале февраля 1990 года (напомню, это еще был СССР). На Пушкинской площади открыли первый ресторан быстрого питания Макдональдс. Многие люди старой закалки восприняли это однозначно негативно, — «не для того мы воевали, чтобы в центре нашей Москвы, ставили такое». По малолетству и несознательности, я пытался осознать, с кем воевали эти люди (Макдональдс родом из США, а с США как известно у нас до войны не дошло, если не считать таковой холодную), также мне было интересно, что их так сильно задевает. Получить осмысленный ответ тогда, у меня не вышло. Впрочем, сегодняшняя ситуация с чемоданом LV полностью аналогична — очень много эмоций и совсем нет никаких фактов. А факты таковы, что Красная Площадь давно сдается в наем, вот только снять ее могут немногие. Это происходит не один год. Это происходит на наших глазах и в этом участвуют тысячи людей, а наблюдают за этим миллионы (трансляции с мероприятий идут по первому каналу, их показывают в новостях). Я потратил тридцать минут, но не наткнулся ни на один факт народного возмущения этим — российский народ пробудился ото сна только, когда увидел чемодан.

То есть белье можно показывать, а вот то, в чем его перевозят, нельзя. Логика странная, но видимо именно ей руководствуются сегодняшние обличители. Президентская администрация уже требует снести павильон, ВВЦ говорит о том, что готов его принять (еще бы такой пиар устроили). Антон Носик хорошо разобрал то, что за площадь оказывается никто не несет ответственности — этот павильон прилетел из космоса и неожиданно возник в центре Москвы. Никто не отвечает за это — приятное правило российской политики, отрицать все, даже когда тебя застают со спущенными штанами. Меня беспокоит именно это качество, которое процветает в России — нет людей, кто может отстоять свое мнение и сказать, что мы уже десятки раз делали вот так и не понятно, что оскорбляет вас сегодня. Скажу даже больше — после чемодана LV все успокоится и другие конструкции будут появляться на площади, это будет происходить постоянно — никто не будет терять такие деньги просто так.

Моя позиция в вопросе чемодана на Красной Площади проста — я не считаю эту площадь святой для страны и нас, людей населяющих ее — святость в людях. Впрочем, никто площадь святой не считает, это показывает безразличие общества к тому, что там творится десятки лет. И это стало нормальным. Об этом нет никаких сожалений.

У меня есть огромное сожаление к тому, что общество медийно зависимо — когда запускают с голубых экранов историю о том, как все плохо, как попрали нашу святыню (!!!), как народ просыпается и начинает клеймить дельцов. Каждый высказывает свой ура-патриотизм, одобренный сверху и сдобренный порцией самоудовлетворения — как никак общественно-полезное дело. Противно от этого. Противно, что людьми настолько легко манипулировать. Противно, что думать своей головой, хотят единицы. Но самое противное, что аргументировать свою точку зрения, у нас не принято. А принято кричать громко и эмоционально о том, что не нравится. Не будьте люмпенами, подкрепляйте свои слова фактами и размышлениями, тогда и влияние на вас масс-медиа не будет таким ошеломляющим.

В качестве постскриптума скажу, что чемодан уберут — народ поверит, что это он добился этого. К лету возведут что-то еще. В мире эта новость промелькнула и еще больше укрепила людей в мысли, что у русских плохо с головой — то разрешают, то запрещают. Все идет как обычно, стабильно. И это расстраивает.

Саша Плющев примерно о том же, написал у себе в блоге 

Утром прочитав о трагедии в Бостоне, я наткнулся на множество высказываний относительно этого события — складывалось полное ощущение, что большинство людей сопереживает происходящему и остро соболезнует жертвам трагедии. Не помню имени человека, который принес две гвоздики к посольству США, через пять часов после трагедии там было шесть цветов — в твите читалось непонимание, почему люди так черствы. Именно под влиянием этого, я написал твит, — «Смерть тысяч людей на задворках мира, никогда не вызывает такого отклика в медиа, как смерть нескольких в прайм-тайм в благополучной стране».

В формате коротких сообщений, эту тему не раскрыть, это будет сложно сделать и в этой заметке, но я постараюсь поделиться несколькими мыслями, которые возможно у вас вызовут неприятие и неодобрение.

Начнем с базовых определений. Является ли жизнь человека высшей ценностью и должны ли мы ей дорожить? Ответить на этот вопрос можно только утвердительно, иначе получится, что и наша жизнь не слишком ценна и кто-то может ей пожертвовать. Вне зависимости от сообществ, социальных групп и наций, за основу идеологии принимается жизнь человека, это высшая ценность. Этим человек выводит себя из круговорота природы, а заодно оправдывает мясо-молочную промышленность, которая является ничем иным, как поставленным на поток убийством. Объяснение необходимости в белках, сложившихся традициях и тому подобном, это оправдания простого факта — человек является хищником и его рацион должен содержать мясо (безусловно, он может обходиться и без него, но с мясом или рыбой, все намного лучше).

Поэтому смерть воспринимается тяжело, а если это катастрофа природного или рукотворного свойства, которая освещается в СМИ, то уровень переживаний в обществе становится еще выше. И тут мы сталкиваемся с первой ловушкой человеческого сознания — мы готовы остро сопереживать конкретным людям, но отнюдь не тысячам людей. Мы биологически не приспособлены для переживания относительно судеб целых народов — большинство из нас не имеет достаточно живого воображения, чтобы вообразить поля смерти во Вьетнаме, забитые трупами крестьян. Или вспомнить рукотворную химическую катастрофу в Индии, где погибло более 200.000 человек — единомоментно. Мы уже выкинули это из головы и не помним. Мы не помним про геноцид китайцев со стороны японцев во время второй мировой войны, эта страница перевернута. У нас короткая память и отсутствие возможности представить как это может быть.

Я очень часто сталкиваюсь с подростками, которые имеют очень ограниченное воображение — они не могут представить печи Освенцима и то, что эта фабрика смерти работала так, как это рассказывается в фильмах. Для них это художественный вымысел, ничем не отличающийся от Бэтмена или иного голливудского фильма — грань между реальностью и вымышленным миром для них стерта. Они приводят очень много «логичных» доводов почему Освенцима не могло существовать и когда ты все-таки убеждаешь их в противоположном, у них остается налет недоверия и непонимания. Почему? Зачем?

Политтехнологи давно осознали, что людей не волнует жизнь большинства — им хочется увидеть жизнь конкретного человека и изменения, которые происходят в ней. Геноцид евреев начался вовсе не в Германии, его основы лежат в российской империи и погромах, которые были тогда — уже потом эту заразу вместе с революцией экспортировали немцам. В СССР любили анекдоты и один из них мне врезался в память.

Одесса, начало 20 века — грядут погромы и евреи чувствуют это. Старый еврей приходит к русскому соседу и просит купить у него булочную, так как он уезжает в Америку. Сосед спрашивает — Изя, зачем тебе уезжать, мы все тебя любим и не дадим тебя в обиду, у тебя самые вкусные булочки. Оставайся, выбрось эту идею из головы. И тогда Изя говорит, — Семен понимаешь сначала они придут и отнимут у меня булочную, а потом они придут к тебе и отнимут твою мастерскую. Семен удивляется и спрашивает, — Изя но ко мне-то почему они придут??? — Семен вот именно из-за твоего вопроса, я и уезжаю.

Корни происходящего всегда кроются в мелочах и бытовых вопросах. У вас неприятный сосед, вы его не любите? Очень часто человеку проще не искать объяснения, почему он неприятен, а наклеить ярлык. Расовая, национальная неприязнь существует во многих странах мира, в том числе и в США, где политкорректность пытаются возвести в абсолют. Где-то она больше, где-то меньше. И вот эта неприязнь и позволяет говорить о том, что некоторые люди более ценны, чем иные.

Слово фашизм пообтерлось в сетевых дискуссиях и его часто стали применять, как последний довод в бесполезном и никому не нужном споре — ты фашист, бросает сетевой крикун и уходит с гордо поднятой головой. Сегодня, я столкнулся с проявлением фашизма, бытовой его ипостасью. Человек написал в тви, что смерть людей в Бостоне трогает потому-что они были личностями, а вот смерть тясяч в Конго или на других задворках цивилизации нет, так как они масса (читай быдло, которое никому не интересно). Ребята, это и есть обыкновенный бытовой фашизм в суждениях.

Он ничем не отличается от рассуждений о том, что негры это рабская раса, которая была создана для того, чтобы работать на плантациях. В «Джанго освобожденном» герой Ди Каприо очень хорошо рассуждает на эту тему, — негры не могут быть свободными, они боятся свободы. Так ли это? Конечно нет — но это тоже часть идеологии.

Медиа и в том числе телевизор, это великий манипулятор нашим сознанием — нам подсовывают те картинки, что точно заденут нас и вызовут ответную реакцию. Страдания конкретного человека лучше объясняют почему мы сопереживаем. Если он белый, образованный и из большого города, то мы скорее всего воспримем его как своего и наши переживания будут сильнее. Если это случится с замызганным оборванцем из Багдада, то реакция на событие будет совсем иной — страна третьего мира, там у них все и устроено (словно эти люди сами виноваты, что их страну захватили). Меня очень удивляет этот момент, он меня задевает порой.

Мне тоже приходится одергивать себя и говорить, что люди имеющие иной цвет кожи, живущие на задворках цивилизации, ничем не хуже или лучше меня. Им просто не очень повезло с местом рождения. Надо делать сознательное усилие, чтобы осознавать это — потому-что первая реакция вдолбленная масс-медиа совсем иная и мне за нее стыдно.

В Конго ежегодно умирают тысячи людей, это стало привычным и уже давно никого не волнует. События в станице Кущевской привлекли внимание только потому, что там оказалась съемочная группа центрального телевидения — не случись этого и никакого осуждения не было бы в убийстве детей и взрослых. Да и мы не переживали бы. Человеку важно визуализировать происходящее, поэтому телевидение выступает очень мощным инструментов, как и кино. Мы можем переживать тому, что мы видим. Но переживать тысячм умирющих в Конго мы не можем. Мы сочуствуем женщине изнасилованной в Индии, потому-что она была белой и приехала туда отдыхать. Но нам наплевать, что ежедневно в Индии насилуют тысячи женщин и никому до этого нет дела.

Это двойные стандарты. Так устроен мир и с этим надо смириться. Мне жаль, что в Бостоне произошла трагедия и я выражаю сочувствие людям, пострадавшим там. Но я не вижу разницы в сочуствии им и тысячам других людей во всем мире, которые пострадали сегодня. Отличие только в том, что трагедия в Бостоне транслировалась и хорошо документировалась. Это трагедия в прямом эфире, которая рассчитана на нашу реакцию. Только и всего. Хотите увидеть ежедневную трагедию и сопереживать? Доедьте до любой детской больницы с безнадежными детьми. Но вот только их не будут транслировать в прайм-тайм, так как нет новостного повода.

Кто-то может посчитать, что я призываю не реагировать на такие события, стать черствыми и воспринимать их как нечто обыденное. Это не так. То, что способен сделать каждый из нас, так это бороться с бытовым национализмом, сделать это явление неприемлемым, осаждать тех, кто пытается в разговоре вернуть такие фразы — чтобы это было неудобно. Осаждать тех, кто радуется смерти других людей — находятся и такие. Переживать нужно — но, пожалуй, надо начать с самого тяжелого — не заочного переживания к незнакомым и далеким людям, а сочувствию и поддержке тех, кто живет рядом с нами каждый день. Они этого заслужили не меньше а подчас и больше.

 

Редакция «Большого Города» опросила 600 школьников о том, кого они считают лишним в школьной программе по литературе. Первенство с превосходящим числом голосов занял Лев Николаевич Толстой, приведу отзывы о нем:

«Давайте уберем уже «Войну и мир» — все равно ее в школьном возрасте почти никто до конца не дочитывает. Девочки не любят читать описание баталий, а мальчикам скучны все эти светские интриги».

«Я бы с удовольствием исключил из школьной программы Л.Н.Толстого и всех писателей, ему подобных. Ведь это надо додуматься: сесть и написать тысячи страниц ради собственного удовольствия и неудовольствия миллионов школьников наших дней».

«Исключить Толстого, ибо он туп и скудоумен».

«Я бы хотел исключить из списка Льва Николаевича Толстого, потому что я не прочитал его роман «Война и мир», а он очень важен в сдаче ЕГЭ по русскому языку для аргументации сочинения. Не было бы романа, не было бы проблемы».

«Исключать надо Льва Толстого с романом «Война и мир». Его шовинистские взгляды серьезно настораживают. Роман просто пропитан пренебрежением к женщинам. Причем самое печальное то, что Толстой выставляет это в праведном свете: мол, такой вот я патриархальный зануда, но такова жизнь, и судьба женская определена».

«Можно исключить Льва Николаевича Толстого, потому что он больно умный был: и кто что подумал знал, и кто плохой, и кто хороший, и как во всех ситуациях поступать следует. А детям самим думать нужно, а не мысли его многопредложенческие ловить».

Второе место антипатий школьников занимает Достоевский:

«Давайте уберем Достоевского, а то десятиклассники с тоской в глазах начинают шляться по подворотням и дворцам-колодцам, то ли в поисках старушек, то ли еще чего…»

«Исключить Достоевского. Мнение, конечно, субъективное, но Достоевский переливает из пустого в порожнее тяжеловесные рефлексии и воспевает слабость. Слабость какая-то деструктивная, отдает застоявшимся болотом».

«Надо исключить муторного Достоевского, потому что он непонятный мне шизофреник».

«Я бы исключила Достоевского, потому что он депрессивный, маниакальный и совершенно жуткий. Когда ты подросток, и так все хреново вокруг, а Достоевский в школьной программе отравляет жизнь просто невероятно».

И еще мне понравилось тонкое знание того, что казаки это «не русские», конечно речь идет о Шолохове:

«Надо исключить этого, как его, ну, страшного такого, «Тихий Дон» написал. Нет, я против него ничего не имею. Просто оставьте мне большие, объемные книжки на пенсию. Если я о них вспомню, то, может, прочитаю-таки».

«Читать Шолохова невозможно».

«Шолохова стоит исключить. Не помню, чтобы его хоть кто-то осилил, казаки — это не русские, нам про них читать неинтересно».

«Убрать Шолохова, поскольку мне искренне кажется, что его произведения не имеют художественной ценности, а его Нобелевскую премию стоило отдать Булгакову».

«Прежде всего надо исключить Шолохова, во-первых потому, что не факт, что он сам писал свои произведения, а во-вторых, его проза мне менее всего нравилась из всего списка школьной программы».

«Предлагаю исключить Шолохова, потому что «Тихий Дон» — нагло содранный роман «Война и мир», только с другими героями и советским колоритом».

Там еще много в том же духе написано. Страшная вещь заключается в том, что распад нации начинается не с какого-то грандиозного события, которому сопутствуют гигантские структурные изменения. А вот с таких отзывов, когда в утиль списывают Достоевского и Некрасова, Шолохова и Цветаеву. А кумирами молодежи становятся Децлы, Желуди и Елки. Они конечно более востребованны в моменте, но делать их достоянием всей нации? Увольте.

А вы что думаете об отзывах школьников? Полностью насладиться их ремарками можно здесь 

 

Начало истории можно найти во вчерашней записи у меня в блоге

Как обычно, народные массы с весьма своеобразным языком и мыслевыражением стали кипеть и извергать из себя бурую жидкость. Крики об удушении свободы в интернете раздавались со всех сторон. Специально выписал аргументацию, некоторых особо рьяных товарищей:

- Публичного человека можно и нужно оскорблять, как угодно — на то он и публичный человек;

- Называть обычного человека плохими словами не за что (дошло до смешного, один из моих читателей на практике решил показать, как это выглядит и назвал парой ласковых другого участника беседы — тот обиделся от души — за что????)

- Свобода говорить в сети все, что угодно нерушима — мы можем плевать на любые законы и нормы, так как мы в сети.

- Не хочешь что-то читать, не ходи на какие-то сайты

Ну и все в таком духе. Любопытно, что единицы задумались о причинах и о том, что именно меня не устраивает. Попробую изложить это в паре предложений:

- Меня не устраивает, что некие анонимные люди позволяют себе оскорбления, за которые в жизни они получили бы по полной программе. В сети, также как в жизни это недопустимо. Они считают, что это возможный стиль поведения. Так вот, они ошибаются.

- В конкретном случае, мне абсолютно беззразлично, что написано в статье на Лурке с точки зрения фактов (их там немного, они забавно поданы, но это право написавших). С другой стороны, меня совсем не устраивает, что в данной статье позволяют себе оскорбления в мой адрес.

Итого, вчера Дмитрий Хомак (владелей Лурк или лиуо отвечающего за него, что не суть важно) ответил на мое первоначальное письмо публично. Основной посыл — уберите претензии по 282ой статье и мы будем разговаривать. Я попросил Дмитрия позвонить мне и обсудить голосом ситуацию (Дмитрий не в России). Дал гарантии того, что разговор не будет записываться, его как-то будут запугивать или делать какие-то иные плохие вещи.

Мы поговорили около 20 минут, я описал основные моменты, которые выглядят неправильно, с моей точки зрения и рассказал, какими двумя путями, мы можем решать возникшую проблему (они описаны во вчерашнем посте, тут нет ничего нового — идти до победного конца или остановится вначале, пойдя на компромисс). Дмитрий повел себя как взрослый и здравый человек, мы пришли к нижеследующему соглашению (пишу это не в час дня по Москве, когда уже администраторы внесут все правки в статью про меня, а раньше, так как боюсь оказаться не у компьютера, а хотел бы расставить все точки над i).

- Я не против наличия статьи про себя на Лурке, она меня забавляет и глупо добиваться закрытия ресурса (чего я никогда не делал).

- В статье содержатся прямые оскорбления, которые будут изъяты. Соответствующий список Дмитрий вчера получил по почте (их не так много — как правило, мат, прямые выпады и так далее)

- Так как Лурк работает по тому же принципу, что и Википедиа и множество разных людей могут вносить правки в материалы, повторные оскорбления и тому подобные вещи, вполне ожидаемы. На страницах связанных с записью посвященной мне, будет внесен хорошо различимый комментарий »

Вы можете указывать в записи любые события, их трактовку, приводить факты или вымышленные истории. Нельзя коверкать имя или фамилию, допускать прямые оскорбления. В случаях нарушений, записи и правки будут удалены. При постоянном нарушении, мы оставляем право сообщить Муртазину Эльдару ваши данные для дальнейшего урегулирования разногласий. »

Де-факто это означает, что те, кто собираются анонимно гадить в мой адрес на Лурке, не смогут добиться своей цели. Администрация ресурса предупреждает пользователей об этом, задним числом договоренность не действует (мне не нужны имена тех, кто вносил правки, так как два основных имени, мне уже известны). Те, кто желает, могут писать все, что им угодно, но соблюдая нормы приличия и не опускаясь до оскорблений. Никакой цензуры или претензий к таким записям или правкам нет, да и не может быть.

В таком виде запись на Лурке про меня, будет вполне уместной и хорошей. Как только изменения будут внесены, я дам на нее ссылку, да и попрошу править в ней, писать и так далее. Развлекайтесь :)

Итоги истории

То, что история с Лурком закончилась мирно и быстро, показательно (я думаю, что Дмитрий дав слово, его сдержит — пока оснований не верить ему, у меня не было). Анонимности как таковой не существует в сети, а огромная масса людей смела только до момента, пока это не угрожает лично им, теми или иными проблемами. Речь идет не о свободе слова или правах свободно излагать свои мысли — там где начинаются оскорбления других людей, как раз и наблюдается попытка покуситься на их свободу. В том числе, свободу защищать себя от таких нападок.

Я считаю, что создание условий для того, чтобы анонимы могли атаковать кого угодно, недопустимо (и еще раз — смысл статьи на Лурке не играет роли — важно как это написано, и что себе позволяли авторы). Существуют вполне цивилизованные и законые методы решения таких вопросов, вне зависимости от того, где находится сайт, его владелец и так далее. Те, кто захотят на Лурке попытаться наносить мне оскорбления и дальше, не добьются никакого результата (записи будут удаляться, особо ретивые люди просто обретут себе гемморой). И да, вы можете считать это цензурой, если хотите и удушением свободы словы. Я же считаю, это нормами приличия и невозможностью оскорблять других людей.

P.S. Как вы видите, все вполне решаемо. Многие люди боятся или не хотят высказывать свою точку зрения, так как считают что их репутационные потери будут от таких действий больше. Быдло начинает поливать налево и направо, мусолить тему и создавать некий вой. Вопрос только в том, что оно анонимно, а также от него в этой жизни ровным счетом ничего не зависит — и оно зачастую это знает или об этом догадывается. Поэтому боятся не стоит. Надо просто делать то, что считаете нужным и добиваться того, что вы считаете правильным.

Как только Дмитрий пришлет мне письмо о внесенных правках, я тут же выложу ссылку на статью на Лурке. Хорошего дня.

На днях меня занесло в местное отделение Почты России, днем ранее шел сильный снегопад, дороги в Москве занесло, дворники с утра чистили крыши, расчищали дорожки к подъездам. На улице стемнело и я промахнулся мимо входа в отделение почты, так как три ступеньки были занесены снегом так, что подняться по ним без риска для жизни, не представлялось возможным. Никак. Дополняло чудесную картину отсутствие иллюминации. Я грешным делом подумал, что вход находится дальше, там тоже были занесенные ступеньки, но по ним можно было вскарабкаться хоть как-то. Там подсказали, что почта в соседней двери. Преодолеваю ступеньки, держусь за поручень — чувствую себя как старик, под ногами разъезжается смятый снег.

Темный предбаник, в котором вообще нет света. Закрытая дверь, дергаю ее и попадаю в царство света — все залито лампочками, тепло, стоят столы и внутри находятся какие-то люди! Раница в ощущениях настолько разительная, что в первый момент это воспринимается как чудо — внутри есть жизнь! Дело у меня было махонькое, но мне повезло поговорить с управляющей отделением. Хорошая, приятная женщина — с пониманием к жизни и достаточно приземленная. Спрашиваю — что же не почистили дорожку, да ступеньки, ведь убится можно. Отвечает, что дворники по контракту работают, сегодня уже чистили, а теперь только завтра придут. Рядом с ней двое мужчин трудятся, один стажер, он постарше, в свитере из старых времен и выглядит очень уместно на Почте России. Второй молодой парень, который бегло пролистывает какую-то корреспонденцию. Посмотрел на них, потом на начальницу, да и понял, что со своим уставом лезть в этот монастырь не стоит. На выходе как мог раскидал снежок для следующих бедолаг, увидел как навернулся инкассатор и с матерком ввалился в темный предбаник. Вздохнул я от какой-то непомерной тоски, да и поехал по своим делам дальше.

Был бы такой пример единичным, не болела бы душа от происходящего. Примеров только за эту неделю набралось такое количество, что впору открывать энциклопедию. Другой государственный монстр, Сбербанк, соорудил на Тверской огромную интерактивную панель. В окне своего отделения, люди подходят, кто-то достает телефон и фотографирует. На это и был расчет видимо. Сбоку стоит стена здания, которую разрисовали краской. Выглядит как дворец среди развалин. Отчего так вышло? Стена явно не в зоне ответственности Сбербанка, вот и выходит, что влияет на имидж компании она напрямую, а у компании нет никакой возможности изыскать пару банок краски и закрасить все это — чтобы создать общее впечатление.

Хотите еще примеров? Популярная кофейня Кофе-Ин (кажется, так пишется их название, но может и ошибаюсь — класс повыше Шоколадницы или кофехауз, и кто-то из них этот формат и развивает — все время путаюсь, кто именно). Итак, мальчик из-за стойки выходит чтобы прибраться, наводит порядок на столах, поправляет стаканчики на полках. Аккуратист, мы таких в школе недолюбливали. Я сижу у окошка и вижу, как он выскакивает на улицу и начинает там наводить марафет, подбирает пару бумажек, бутылку. Я про себя уже люблю этого аккуратиста, видно, что инструкциям следует с душой. А потом он делает финт ушами, относит собранный мусор за некую невидимую черту — на чужую территорию и оставляет его там. Не выбрасывает, не прячет, а просто сметает в сторону от кофейни. На следующий день обращаю внимание на мусор, который валяется вдоль здания — явно появился недавно и я знаю, как он попадает сюда.

Еще пример из окружающей действительности. Официантка в кофейне куда я хожу многие годы, новенькая. В отличие от «стареньких» улыбается постоянно — к месту и не очень впопад. Видела меня уже раз двадцать, пожалуй. Недавно встречаю ее в городе, явно меня узнала. На мой приветственный кивок и привет, демонстративное игнорирование. Через пару дней в кофейне снова улыбка. Инструкция и правила заведения. А вот с другими мальчиками и девочками в городе здороваемся и я ничего зазорного в этом не вижу. Ни со своей, ни с их стороны. В конце концов, я же не кидаюсь им на шею с признаниями в чистых и светлых чувствах. Просто проявляю элементарную вежливость и киваю знакомым лицам.

Знаете в чем основная проблема всех этих ситуаций? Люди мыслят только в рамках своих служебных обязанностей, небольшого мирка и не выходят за его пределы. Не могут, не хотят, не считают нужным. Почистить лестницу на почте, минутное дело. Мужики внутри есть. Но не их зона ответственности. Улыбнутся знакомому клиенту из кофейни, не стоит ничего — а ему будет приятно и он в следующий раз оставит больше чаевые. Не мусорить рядом с кофейней, так как в свинарнике и рядом с ним, люди не любят питаться — это уже высший пилотаж. В той же кофейне, к слову сказать, услужливый официант сдувал с моего пирожного прилипшую крошку зефира. Дул усердно с расстояния в пару сантиметров. Когда я отказался от пирожного, он искренне расстроился — ведь делал как лучше и от души.

На мой взгляд, всем нам иногда стоит выходить за рамки четко очерченной зоны ответственности и служебных обязанностей и делать чуточку больше. Для общего блага. Тогда глядишь и жить станет веселее всем.

Я не читаю никакие политические издания. Я не смотрю телевизор. Наш телевизор не смотрю. Их телевизор смотрю, но избирательно. И мало. Газеты читаю, но тоже не российские. Но даже в этой обстановке полнейшей аполитичности, у меня в тви я наблюдаю неприкрытую, детскую радость от того, что кто-то заболел и чувствует себя плохо. Напоминает, это поведение шакалов, которые радуются тому, что лев подыхает и теперь над ним можно поглумиться. Справедливости ради, многие из тех, кто злорадствует и до того делали это. И по большому счету не изменили себе ни на йоту, просто стали более злобными. А вот мне кажется, что издеваться над болезнью человека, как-то низко. И подло.

Когда один известный человек в разговоре со мной (товарищеском разговоре, не дружеском) костерил другого моего товарища, он имел на это право. Ровно до момента пока не сказал в запале, что у того есть физический изъян, который и показывает его убогость. Я со своей стороны высказал все, что думаю о людях, которые чужие изъяны считают недостатком. Это де-факто фашизм, когда мы считаем, что человек с не тем взглядом глаз (косоглазием, например) не может иметь ясного ума. Может и как правило думает намного лучше, чем некие иные. Слепой человек — это полноценный член общества. Я бы хотел, чтобы к таким людям так относились. Какой-либо физический недостаток не делает человека инвалидом навсегда и не притупляет ему ум. Бывают умственные расстройства, но это болезни, я же говорю о здоровых людях с разными недостатками, которые проявляются не очень сильно.

От болезни никто не застрахован. Никто. И наверное каждый, кто с таким рвением обсуждает чужое недомогание, способен был пойти в прокуратуру и написать заявление на того, кого он пинает сейчас. Как ответственные граждане увидевшие состав преступления в том или ином действии. Что? Не пошли? Бесполезно? ну так и не надо сейчас поливать грязью болеющего человека. Вне зависимости от того, как вы к нему относитесь. Он может быть последним говнюком, а болезнь не смывает все грехи. Нет. Но нельзя позволять себе вести себя так. Вы в первую очередь себя мараете своими шуточками и глумлением, показывая свой уровень.

P.S.  И да, я не хочу чтобы в правительстве моей страны были люди, которые себя так ведут. И их там не будет — потому-что они слабы и способны только вот так тявкать.

В 90-е годы часто звучала фраза, что требуется смена эпохи, новые поколения выросшие при капитализме смогут выбить совок из системы торговли, из мозгов наших граждан и тогда мы заживем совсем иначе. У нас будут высокие стандарты культуры торговли, продавщицы будут улыбаться, ну и вообще настанут иные времена. По прошествии двадцати лет могу утверждать, что продавщицы научились с улыбкой обманывать покупателей, теперь вас обвешивают официально и глядя вам в глаза. Постоянно живя в России учишься во всем видеть скрытый смысл и твой мозг постоянно работает над решением жизненной задачи — как тебя пытаются обмануть в этот конкретный момент времени. Это уже записано на подкорку всех людей, при этом те, кто в силу рабочих обязанностей придумывает как обманывать других, выходя с работы попадает ровно в те же условия, когда обманывает уже его. И все возвращается на круги своя.

Хотите бытовой пример? Вы приходите в дорогой магазин «Азбука вкуса», набираете кучу разных продуктов и платите на кассе 5-6 тысяч рублей. Ничего особенного вы не купили, но такой размер чека с одной стороны не типичен, но вполне обычен, если к вам придут гости. Первая часть истории — ваша дисконтная карта действует не на все товары, а только на избранные. Об этом, как правило, вы можете узнать только изучив потом свой чек. Но вы скорее всего этим не занимаетесь, как и многие другие люди. Вторая часть истории еще забавнее — я обычно покупаю пирожные и их стоимость мне всегда казалось достаточно адекватной (чуть ниже среднестатистического кафе в Москве). Недавно я купил только пирожные и когда с меня на кассе попросили  за несколько пирожных тысячу с чем-то рублей, я искренне удивился и думал, что это ошибка. Но нет, все было правильно — цена указана не за пирожное, а за сто грамм! При этом по всем законам маркетинга сто грамм прописали в уголке, в глаза эта информация не бросается. Любопытно, что на фоне растущего недовольства такими «изысками» в Глобус Гурмэ запустили программу по обмену дисконтных карт Азбуки на их карточки с 15 процентной скидкой. Хорошее предложение, но вот для меня не интересно — слишком далеко магазины и не с руки туда заезжать.

Обман ли описан выше? Однозначно ответить тяжело, так как тут все в рамках закона — сам был невнимателен, твоя ошибка. И это нормально. Интернет-магазины публикующие свои предложения на Яндекс.Маркете часто обожают указать, что у них товар РСТ — по факту нет. Но когда к вам уже приехал курьер, вы вряд ли будете отказываться от покупки. Расчет на это. И про обман этих магазинов (коих тьма), знает большинство — но продолжает пользоваться, так как мы привыкли, что нас обманывают.

Вам нужны еще примеры, их у меня огромное количество. Например, скидки в наших магазинах. Я не говорю про цены, которые изначально неуемные и отличаются от европейских в 2-3 раза. Нет. Я говорю о сезоне скидок и нашем изобретении — когда цена товара остается той же самой, а вот на ценнике пишут минус 40 процентов. Выгодно? Выглядит однозначно выгодно, вот только на деле это не так. В Атриуме покупая недорогие часы Casio (5990 рублей, скидка 2 тысячи рублей — начальная цена видимо 7990 рублей), услышал очень смешной комментарий другого покупателя — месяц назад у вас часы стоили 4990, перед НГ стоят 5990 и вы говорите скидка 2 тысячи рублей?. Продавщица не расстерялась и сказала — это новая партия товара!

Нас искренне удивляет, когда нас не пытаются обмануть и мы преисполнены уважения к таким компаниям. Иногда задним числом понимаем, что все равно в какой-то мелочи, но обманули, но уважение остается. Ведь могли обмануть намного сильнее, а вот какие честные люди, не стали. Российский турист заграницей впадает обычно в две крайности — если это одна из первых поездок, то он ожидает, что эта внешняя среда еще хуже, чем родина и тут обман на каждом углу. К концу поездки, как правило, он впадает в другую крайность — свято верит, что тут живут святые и его обмануть не могут. При этом наши несознательные граждане тут же пытаются реализовать свои накопленные умения в обмане окружающих и по мелкому нагревают то магазины, то гидов, то еще кого-то. Некоторые даже организуют стихийный бизнес не отходя от кассы (мне понравилась пермская пенсионерка, которая на вторую неделю отдыха у моря, настолько устала, что с новой группы российских туристов собрала по одному Евро за полотенца у бассейна, которые как вы понимаете были бесплатны — разоблаченная женщина сказала следующее, — «а зачем они мне деньги давали, могли проверить, что все тут бесплатно»). Эх эта наивная простота обмана и его последствий.

На наших глазах, нас имеет правительство, городские власти, чиновники. Мы привыкли к этому и воспринимает это уже как общее место. Опять красят забор? Четвертый раз за сезон и вы задыхаетесь от краски? Надо относится философски, на каждом ведре краски в вашем ДЕЗе украдут копеечку и сменят еще одну машину. В этом году мне понравилось, что мой ДЕЗ не остановился на достигнутом и поставил заборы вдоль детской площадки и так спрятанной за маленьким забором от дороги. Большой забор = больше краски. Расчет понятен. Еще заменили в очередной раз скамейки — теперь они с чугунными узорами — старые несколько раз покрашенные и установленные в прошлом году скамейки, пошли на слом. Они «устарели».

Про дороги даже и не спрашивайте, их ремонтируют так часто, что я потерял счет. За моим домом обычно это происходит следующим образом. Весна. Дорога ломается. Потом новый асфальт. Конец лета и хорошая дорога разывается коммунальщиками, на радость бригадам, которые снова делают асфальт. В этом году это дошло до троекратной замены полотна. Мы очень богаты и поэтому можем обманывать друг друга.

Когда чиновник врет, мы уже не обращаем на это внимания. Нас только трогает степень обмана и вранья. Немного соврал? Бывает, кто не без греха.

В 90-е годы люди мечтали, что совок уйдет и появятся другие отношения. Этого не случилось. К сожалению, совок превратился в еще худшую разновидность. Мы в России привыкли выходя из магазина проверять свои карманы (как фигурально, так и реально). Женщины прячут свои телефоны, так как боятся, что их могут вырвать. В любом предложении мы ищем подвох и когда находим его, начинаем искать третье дно, так как знаем, что наши соотечественники тоже не лыком шиты. Получая бесплатный кредит на 24 месяца, мы знаем, что за него придется переплатить вдвое, а то и втрое, так как слово бесплатный, к нему не относится. Все это наша жизнь и мы сами ее создали. Мы все вместе.

Пожалуй, стоит посмотреть правде в глаза и сказать, что если мы хотим жить нормально (я даже не говорю про слово хорошо), то нам надо признаться себе, что время обмана давным давно прошло. Надо научиться жить по правде и не терпеть любой обман в своей стране. Он должен вызывать ответную реакцию, которую мы за многие годы подрасстеряли. Нас возмущают только самые вопиющие случаи, а многие иные мы просто прощаем и машем на них рукой.

Я понимаю, что навлеку на себя критику, как тех, кто ратует за обучение детей в России и считает, что у нас до сих пор высокие стандарты (скорее всего вам об этом рассказал телевизор, Россия по уровню обучения давно скатилась к африканским странам), так и тех, кто просто не умеет адекватно реагировать на критику нашей страны и процессов происходящих в ней. Вторая категория моментально скатывается в сентенции — ах тебе не нравится, так вали на свой замечательный запад. Однако я хочу, чтобы поняв и увидев, как можно сделать, мы вместе всем миром попытались это реализовать у нас. Отчего бы не поговорить о музеях, которые являются во многом мерилом культурного уровня как страны, так и народа ее населяющего.

В твитере я написал о том, что с музеями в России полный швах. Кто-то не поленился залезть в навигационную программу и гордо написать — в Петербурге 220 музеев, о каких проблемах можно говорить? Вот тут мы и сталкиваемся с полным вертепом в головах, когда количество подменяет качество и смысл этих музеев как таковых. Начну с простого — большинство российских музеев возникли не эволюционным путем, а вследствие войн, расширения империи, сбора трофеев. У нас лучшие в мире военные музеи (как в Москве, так и в Петербурге, чего стоит один артиллерийский музей или ВМФ в Ленинграде). У нас отличные собрания искусств, которые остались от царской России, а заодно приросли во времена дедушки Сталина за счет поглощения стран-саттелитов и военных контрибуций. Безусловно, можно привести десятки примеров музеев, которые развивались в СССР (тот же музей космонавтики, который неплох, но меркнет на фоне американских. Про Калугу скромно промолчу, там все в таком запустении, что плакать хочется).

К сожалению, в СССР большинство музеев создавалось для взрослых, а не для детей. У нас не было интерактивных игр в музеях, этого просто нет в нашем воспитании. Наверное поэтому выезжая куда-то заграницу и попадая в технические музеи, я провожу в них так много времени. Там можно ставить опыты, играть, смотреть на то как работает различная техника. Компании-производители этой техники, зачастую поставляют ее бесплатно — они уже на этом этапе борются как за потребителей, так и будущих инженеров, пытаются привлечь к своей сфере детей. Увлечь их. И это шикарно. Это правильно. В России так работает крайне небольшое число музеев, как правило, это заведения ориентированные на туристов, а вот наши дети и их развлечение тут побочный продукт (комплекс в Измайлово в Москве, хороший пример, удачной реализации такого симбиоза — музей игрушки в нем отличен).

За год я попадаю примерно в 70-80 музеев, из них 20-30 в России. Сравнивать наши музеи с западными очень сложно, они очень различны. Как правило, российский музей это осколок прошлого, реликт. В нем все дышит имперским величием, не разрешают фотографировать и любовно показывают не очень интересные экспонаты, обижаясь, если вы не воспринимаете их как смотрители. Но эти музеи создавались для взрослых, детям в них делать нечего. Еще как-то обучают детей в картинных галереях, но ничего качественного уровня технических музеев у нас просто нет. Политехнический музей в Москве тоже реликт прошлого, в нем нет интерактива, в нем очень мало демонстраций, которые работают (я однажды попробовал нажать кнопку, так меня чуть ли не выгнали с позором — смотрительница громко отчитывала меня — это музей, молодой человек, здесь ничего нажимать и трогать нельзя!). Вот эта фраза — трогать нельзя, она ключевая для России. Нельзя фотографировать. Нельзя трогать. Полная противоположность большинство музеев в западных странах. Все для взрослых и детей, чтобы они потрогали, попробовали и поняли, как это работает.

Русские считают американцев тупыми. Спасибо Задорнову, который привил этот стереотип. Удивительно, что американцы считают среднестатистического русского очень умным. Как правило, это физик-атомщик, который семи пядей во лбу. Половина страны физики-ядерщики, другая половина агенты КГБ, которые уделывают Джеймса Бонда одной левой. Массовая культура воспринимает стереотипы и каждая сторона живет в них.

Но удивительно иное — США это страна, где канал Дисковери смотрят с любовью и читают до дыр научно-популярные издания. Когда водитель такси начинает шутить про фольгу и Стэнфордский ускоритель, начинаешь думать, а понимает ли он, что это такое. В разговоре выясняется, что он был всегда водителем, он не увлекается физикой, но знает что это и как работает — показывали в музее и ему очень понравилось. Таких бытовых примеров я могу привести множество. Это не значит, что все американцы умные и ходят в музеи. Нет! Но это значит, что многие из них имеют больший кругозор, чем россияне. И это следствие той системы музеев, что существуют сегодня (в Европе примерно также, хотя упор на ряд других направлений, техника не компьютерная, а скорее машиностроение и так далее, кому что ближе).

Российские музеи остались в веке 20-м, если не в 19-ом. Нет школы, нет методик обучения. И в музеи никто не вкладывает деньги, ибо дорого и зачем? Те, кто может вывозить своих детей в Европу и США, показывают им все и так. А вот для остальных альтернативы не существует, только унылые залы наших застойников. Энтузиасты, кто пытается развивать это направление, только подчеркивают своими попытками общую унылость происходящего (Андрей Антонов с музеем Apple, Вадим Задорожный и музей техники и так далее).

Я считал, сколько стоит построить интересный музей с техническим уклоном и интерактивом. Выходит дорого. В Москве только строительство обойдется в пару миллионов долларов и это без здания, экспозиции. А потом будут еще поборы на аренду и прочие вещи. Музеи не окупают себя. Но как мне всегда казалось, наше государство должно частично заботиться об этом и развивать данное направление. Ведь речь идет о будущем, о наши детях. Но кроме родителей, на детей всем наплевать. Украсть на музеях деньги сложно, поэтому никто и не лезет в этом направлении, оставляя обучающую составляющую за бортом. Все для взрослых или поддержание осколков былого величия. А значит, что все мы ничему не научились. Ровным счетом ничему.

Меня до глубины души поражает то, что сейчас общество пытается проделать в очередной раз вокруг ситуации с террором. Я не хочу вдаваться в первопричины трагедии, но хочу отметить несколько моментов о которых большинство дружно забывает или закрывает на них глаза.

Милиция плохая. Вы знаете, милиция, спецслужбы и так далее, это те же люди, которые живут рядом с нами. Поверьте, не один из людей работающих там не встает утром с мыслью, что ему необходимо обмануть, украсть или сделать что-то плохое (или то же самое со знаком плюс). Это обычные люди без какой-либо сакральной составляющей.Эти люди являются частью общества. Они выросли с нами, ходили в те же школы. И так далее. Проблема не в людях, проблема в том, что общество болеет. Попытка вылечить ноги тем, чтобы их отрубить или одеть в другие брюки, когда у вас лихорадка, не приведет к действенным результатам. Обвинять и кидаться на милицию можно с тем же успехом, как пытаться снять с себя ответственность за происходящее. До момента пока мы не начнем нести ответственность за происходящее вокруг нас, никаких изменений не будет.

Усиление безопасности в аэропортах. Президенту надо показать работу, он работает лицом. Это понятно. Я не понимаю, почему президент решает еще и коммерческие вопросы в момент такой трагедии и продолжает гнобить руководство Домодедово (не так важно виноваты они или нет, важно, что это не то время, надо проявить такт). Но в целом действия президента логичны и понятны. Вопросов кроме этих нападок на администрацию аэропорта, никаких нет.

Но у меня другой вопрос. Это продолжение истории летнего смога и пожаров, обледенения и деревьев. Я писал несколько раз, что мы не умеем системно подходить к решению проблем, а начинаем тушить пожар, когда он уже разгорелся.  С терактами ровно та же история. Можно  усилить меры безопасности в аэропортах и они останутся невредимыми. А что про вокзалы, автобусы, другой транспорт? Другие места? Террорист может выбрать любое место для удара, он мобилен. А мы продолжаем «реагировать» на те места, которые нам показали.

Экономический эффект таких акций ужасен. Затратив на взрыв в аэропорту от силы 150-200 тысяч рублей, эти люди наносят ущерб (не буду останавливаться на моральной стороне вопроса) в миллионы рублей. То есть на каждый вложенный рубль в теракт мы затрачиваем как на ответ и прямую ликвидацию последствий миллионы рублей. Последующее усиление мер защиты это миллиарды. Которые забирают из наших карманов (здравоохранение, детские сады, социальная сфера). Вот в чем ужас. Это выступление против всего общества, которое имеет очень далеко идущие экономические последствия.

Наше общество инфантильно. Не готово отвечать за свои поступки и перекладывает свои проблемы на кого-то, ищет крайних. Это по детски. Но так нельзя. Надо научиться отвечать за то, что делаешь и делать это в нормальной жизни. Стараться делать это всегда. Для всех. А не только для милиции. В обычных поступках и том, что мы делаем. Наивно, но только так, мы можем исправить ситуацию. Из малого складывается большое.

Powered by WordPress Web Design by SRS Solutions © 2017 Лично/общественный дневник Эльдара Муртазина Design by SRS Solutions