Мой дед говорил, что ему повезло — в гражданскую он был ребенком.  Тогда, с высоты моих полноценных пяти лет, это казалось странным. Смелый, веселый дед, принесший с войны ордена и медали, а также прибаутки, не хотел участвовать в таком захватывающем действии, как гражданская война.  Трусом он не был, но понять загадку, мне не удавалось.

Дома, мы разучивали песни и вместе исполняли их, соседи были моими первыми невольными слушателями. По какой-то прихоти маленького сознания, мне казалось, что громкость обеспечивает успех и поэтому соседи иногда посередине дня слышали про белогвардейские цепи, варяг и ряд других нетленных произведений. Каждое исполнялось с чувством и на пределе голосовых связок, мне удавалось с легкостью перекрикивать соседские телевизоры, которые в моменты музыкальных упражнений выкручивались на предел громкости. Дрожали стекла и стены квартир, но никто никогда не пытался прервать эти песни. Спасибо моим соседям, они всегда относились с пониманием к таким проявлениям патриотизма.

В детстве все было очень упорядоченно и правильно. Были «наши» — пионеры-герои, которые сражались с врагами. В маленьких книжках описывался подвиг каждого из них, кажется таких книжечек было около двадцати. В моем классе они лежали в книжном шкафу за стеклом, любовно разложенные моей учительницей Светланой Владимировной.

читать далее …