Мальчики вырастают в мужчин, но детские привычки въедаются в душу и их не заглушить ароматом из модного флакона и не оттереть в душевой бассейна. Помните свой школьный двор, занятия физкультурой. Частые побеги за двор, где выяснялись все вопросы бытия среднестатистического школьника. Первое знакомство с сигаретами, запретными картинками из журналов, выяснение отношений. Стоп. Давайте вспомним, как мы выяснили отношения.

В классе третьем это была проба сил, разведка боем. Нам нечего было делить, но словно по олимпийской системе, каждый пробовал себя против своего однокашника. Пары для таких оценочных боев подбирались стихийно, мы подзуживали друг друга, придумывали сто и одну причину для конфликтов. Кто-то из нас проделывал это виртуозно, а кто-то был не силен в этом. Но всегда вокруг была небольшая кучка таких же сопливых мальчишек, которые оценивали, смотрели, осуждали. Жадно впитывали опыт, который как первая кровь проливался на них впервые.

В таких играх нет настоящей жестокости -  за криками, слезами, размахиванием руками как до драки, так и после, скрывается только желание испробовать себя. Кто ты трус или храбрец, как ты выдержишь удар. Испытание. Игры щенков.

К пятому классу щенки окрепли и у нас стали появляться свои привязанности, кланы, проступки. По старой памяти мы могли ходить на двор драться со зрителями, но все чаще выбирали секундантами своих друзей и выясняли отношения тет-а-тет. Без глазеющей вокруг толпы. Исключением становились спонтанные драки, которые происходили на глазах у девчонок, а также моментально становились известны учителям. С соответствующим построением виновников на общей линейке, вызовом родителей в школу.

Не могу сказать, что драк было много. Никто из нас не дрался постоянно, это случалось время от времени, такие события врывались в размеренную жизнь, перетряхивали ее. Иногда драка происходила в разных весовых категориях или со старшеклассником. В школе один год разницы в возрасте это почти световой год. Силы не равны и исход такой драки часто предопределен.

Победители в таких драках не гордились ими, побежденные не затаивали злобы, хотя в первые дни наверняка мечтали о том, как они встретят обидчика и накостыляют ему от души. В сознании крутились сладостные картинки мести и она занимала мысли. Эта эмоция быстро уходила и уже после школы, побежденный и победитель случайно встречаясь кидались друг к другу как закадычные друзья. Однокорытники выросшие в одной школе, это значило больше, чем все детские обиды.

С другими школами драки были злее, больнее, в них могли ударить и палкой и камнем. Иногда доходило и до ножей, но это случалось так редко, что не стоит и говорить. Чужаки воспринимались как инородное тело, мы делили свой прайд по территориальному признаку.

Но в любой школе всегда презирали тех, кто приводил старших братьев, друзей со двора, чтобы поквитаться со своим обидчиком и не один на один, а сразу всем скопом. Когда били руками, ногами, не разбирая куда и зачем. Слабые по одиночке, да и вместе не слишком сильные, сбившиеся в стаю. Шакалье, которое при первом же признаке упорного сопротивления отступало. К ним не было уважения.

Институт, учеба, годы после школы. У каждого они были своими. Кто-то забывал о школе, о тех драках, что там были, кто-то только начинал находить в них приятные моменты. У всех это было индивидуально. Мальчики оставались в прошлом, из них прорастали мужчины. Но позорным оставалось выяснение отношений не один на один, а толпой на одиночку. И высшей доблестью выстоять в такой ситуации.

Мой друг только вернулся с Кубы, где он проходил службу. Загорелый, поджарый, в белой майке, мечта всех московских девушек. Кровь с молоком. Как-то вечером на Сходненской к нему подошла компания и стала задирать, просто уйти не получилось. Он дрался один против десяти человек. Когда наряд милиции забрал семерых, они были в плачевном состоянии. Как и Миша, ему сломали несколько ребер, выбили зубы, он получил легкое сотрясение мозга. Можно было убежать, никто не видел бы этого и не осудил его. И это было здравым решением, на первый взгляд. Но он становился бешеным в такие моменты, так как в его жизненной системе координат десять человек против одного было в корне неверным. И не важно, что этим одним был он. Просто он случайно стал тем одним, но будь на его месте другой человек, он встал бы с ним рядом, как делал это неоднократно для совершенно незнакомых людей. Так вырос, так воспринял чувство справедливости и оно было обострено до предела.

Мое поколение восприняло это у старших. Уравнять шансы, сделать любую драку равной. Трое не могут нападать на одного, это неверно в корне и если такое происходит, то нет времени разбираться, надо вступить в игру на стороне одиночки. Разбираться будем потом.

Еще один штрих. Провожая девушку домой в ночи, вы могли смело встретиться с ее ухажером или бывшим парнем и его друзьями сидящими на скамеечке у дома. Никакой пикировки, вас молча пропускали, не задевали словами, а если какая шутка и раздавалась, то в компании затыкали шутника сами. Девочки посмышленнее и испытывающие чувства к вам, просили не уходить, а посидеть, пока «этим дуракам» не надоест там сидеть. Но правильным было не высиживать, а откланяться и пойти обратно. В каких-то случаях, вы просто шли домой и ничего не происходило. В каких-то вас задирали и начиналось выяснение отношений. Но оно никогда не происходило при девушке. И никогда не нападали всем скопом, это было честно. Другие истории воспринимались как дикость, в таких случаях ребята просто учили просто и эффективно тех, кто нарушал неписанные правила. И за них никто не заступался. Это было против правил.

Ностальгия? Не думаю, но тот навсегда ушедший мир был в чем-то наивным, простым и понятным. Только такой мир мог возникнуть в Советском Союзе насквозь пропитанным идеологией, романтизмом революции, рыцарскими образами, которые трансформировались в такой кодекс поведения.

Что сегодня. Толпа борцов избивает одного тщедушного мужичонку. Бьют профессионально и методично. В метро. Люди вокруг проходят мимо и отводят глаза. Мужчин среди этих существ нет. Мужчина знает, что дело не в физической силе, дело в том, что ты делаешь. Боль на короткий момент искупает многое впоследствии. Задача постараться отвлечь на себя, защитить одиночку. Возможно, что вам проломят голову. Возможно, что сломают ребра. Все это возможно. Но невозможно пройти мимо.

Объяснение современных метросуществ очевидно — тех больше, они сильнее, нам страшно. Когда их девушку оскорбляют в их присутствии, они часто отводят глаза и торопливо утягивают ее куда-то в безопасность, к спасительному свету и фуражкам милиции. Я не понимаю женщин, которые воспитывают таких, я не понимаю тех, кто остается с ними после подобных происшествий. Это же не мужчины.

Защитить спутницу необходимо, ее можно увести к свету и затем вернуться. Нормой является такое поведение. Все другие варианты, на мой вкус, отговорки и попытка огородить себя от простой истины, которая понятна любому мужчине. Не смог. Не выдержал. Не проявил себя в тот момент, когда был должен. Сломался.

Это все слова, но не передать того ощущения, когда ты что-то делаешь неверно. Малодушничаешь. Сам себя уговариваешь. Главное не поддаться и не уступить. В этой жизни страшно всем нам. Доблесть не в отсутствии страха, а в возможности его перешагнуть. Заставить себя. Это всегда победа над собой и результат в конфликте не так важен, важно, что вы смогли и сделали.

Почему я считаю, что это настолько важно. Да оттого, что наши поступки проявляются во всем. Нельзя постоянно малодушничать и быть сильным в других вопросах, например, в работе. Малодушие разъедает вашу душу, ваше сознание. Пусть никто не знает, что вы поступили так. Главное, что вы это знаете и помните.

Пожалуйста, не бойтесь быть мужчинами. Нельзя оставаться детьми долго, это дорога в никуда. И вот вам еще одна история на посошок. Я слышал ее от разных людей, в разные времена и в разных странах. Она стала квинтэссенцией того, что такое настоящий мужчина.

На ровном месте или по какой-то причине между незнакомыми мужчинами возникает драка. Перевес на стороне здорового бугая, его оппонент тщедушен и отлетает после первого же удара. Но встает. Снова отлетает. И вновь встает. Бугай бьет слабее или сильнее, это не важно. Драка заканчивается либо в момент, когда на земле остается тело, либо из-за того, что бугай просит остановиться. Он просит тщедушного человека прекратить вставать, так как убьет его. Тот не слушает и снова прет на него. Физические силы не равны, но дух переломить невозможно.

Эти рассказы всегда короткие, понятные и легко объяснимые. Их не рассказывают те, кто вставал после ударов, им это не нужно. Их вспоминают с уважением те, кто бил. И добавляют, как правило, — «вот это был настоящий человек».

Каждый найдет в этом тексте что-то свое. Кто-то покрутит пальцем у виска, кто-то напротив задумается или просто пролистает страницу. Уверен, что найдутся те, кто хорошо поймут о чем я говорил и для чего. Этот текст для них.

P.S. Мне несколько непривычно писать о таких вещах, но эмоционально иногда есть желание выплеснуть свои жизненные установки и убеждения, показать, что я считаю хорошим, а что не приемлю. Пожалуйста, скажите, нужны ли вам такие тексты, полезны? Или мне прекратить тратить свое и ваше время на них. Спасибо.

И вот вам песня о правильных вещах.